Новости    Библиотека    Исторический обзор    Карта США    Карта проектов    О нас   

Пользовательского поиска





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава седьмая. Черный, белый, зеленый

6 июля 1969 года 2-й батальон 25-го полка 4-й дивизии морской пехоты прибыл в учебный центр Кэмп-Лэджен, штат Северная Каролина, на обычные двухнедельные летние учения. Однако эти 14 дней едва ли были обычными. С самого начала они стали кошмаром. Кэмп-Лэджен превратился в бурлящий котел расовой ненависти и жестокости.

"Как только мы прибыли, нас кратко проинструктировали о мерах предосторожности, которые необходимо принять в течение нашего двухнедельного пребывания в Кэмп-Лэджен, - рассказывал один из солдат этого батальона. - С двадцати двух ноль-ноль был введен комендантский час. Было дано распоряжение ходить только группами не менее шести человек. Нас особо предупредили о том, чтобы мы избегали появляться в солдатских клубах".

Все это подтверждают еще 72 солдата батальона. Они также подтвердили точность показаний о невероятных событиях, которые произошли за время их двухнедельного пребывания в Кэмп-Лэджен*.

* (Авторы недоговаривают, но причиной столкновений, имевших место в июле 1969 года в Кэмп-Лэджен, явилось то, что в прибывшем батальоне имелось некоторое число солдат-негров. Поскольку этот учебный центр и база морской пехоты находятся в южном штате Северная Каролина, где расистам живется особенно вольготно, проблемы расовой дискриминации негров стоят особенно остро, в том числе и в военных гарнизонах. - Прим. ред.)

Первое из них случилось в ночь после прибытия батальона в учебный центр.

Затихли последние мрачные звуки сигнала "тушить огни", и в душной июльской ночи установилась тревожная тишина. Люди из 2-го батальона пытались заснуть, но слова предупреждения, которые они услышали по прибытии, не давали покоя большинству из них. Затем из-за стен бараков донеслись голоса огромной разъяренной толпы. Около 60 морских пехотинцев из 1-го батальона 6-го полка морской пехоты, живущие в бараках напротив 2-го батальона, пытались ворваться в помещение и угрожали избить дубинками всех, кто находится внутри. Только прибытие военной полиции предотвратило кровавое столкновение.

Через неделю при выходе из барака был избит солдат 2-го батальона. Спустя некоторое время было совершено нападение на двух часовых. Напавшие на них пять морских пехотинцев избили их и отобрали деньги.

В понедельник 14 июля 2-й батальон вышел на занятия в поле. Небольшая группа солдат оставалась в казарме для выполнения различных заданий. Этой группе вновь напомнили о мерах предосторожности, соблюдение которых стало более важным из-за малочисленности оставшихся на базе. Люди, оставшиеся в бараке, заперлись изнутри. И только это спасло их ночью от налетчиков.

Нарастание расовой напряженности не привлекло бы внимания общественности, если бы не трагический случай 20 июля. В гарнизонном клубе произошла драка, в которой приняли участие 44 морских пехотинца (белые и негры). Драка началась после того, как белый солдат попытался пристать к негру, танцевавшему с белой девушкой. В свалке тяжело ранили трех морских пехотинцев, их пришлось отправить в госпиталь. Это были капрал Эдвард Банкстон и рядовые первого класса Джеймс Янг и Джозеф Баум.

После столкновения в гарнизонном клубе около него произошла еще одна драка, в которой приняло участие более 40 пехотинцев, большинство из них - негры.

"Еще не выяснено, имеет ли драка, случившаяся во время танцев, отношение к нападениям, происшедшим в том же районе тридцатью минутами позже, - сказал представитель командования. - Показания разноречивы, но правда, что военнослужащий-негр танцевал с белой девушкой, а белый морской пехотинец попытался вмешаться. На танцплощадке началась драка, которая была быстро прекращена, и пара покинула клуб. Этот случай действительно имеет расовую подоплеку, но не было найдено никаких доказательств того, что он был заранее подготовлен. В клубе было много народу, так как был устроен прощальный вечер в честь 1-го батальона 6-го полка морской пехоты. Здесь, как и в любом другом большом гарнизоне, происходили незначительные расовые столкновения, но этот случай является первым крупным взрывом насилия".

Несмотря на вышеприведенное заявление командования морской пехоты, есть основания считать, что в Кэмп-Лэджен постоянно растет число столкновений на расовой почве. Настоятельные обращения солдат за помощью к членам конгресса и другим официальным лицам раскрыли лишь часть общей картины расовой напряженности, царящей в учебном центре Кэмп-Лэджен. Публичные заявления конгрессмена Биаджи о расовых столкновениях в этом гарнизоне были первым свидетельством того, что здесь не все благополучно.

Командование морской пехоты, проведя расследование беспорядков, заявило, что пятеро солдат были арестованы, а другие - допрошены. Кроме того, командование отметило, что события 20 июля представляют собой "единичный случай".

Тем временем от ран, полученных 20 июля, в морском госпитале в Портсмуте, штат Вирджиния, умер капрал Банкстон. Другой раненый, рядовой первого класса Янг, сделал заявление, в котором опроверг утверждения командования морской пехоты о том, что волнения в Кэмп-Лэджен являются единичным случаем.

"Там происходит немало подобных случаев, - сказал Янг. - У нас было много неприятностей".

По словам Янга, такое случается буквально каждую неделю. Он рассказал, что один капрал, который вел свое отделение, подвергся угрозам со стороны группы негров за трое суток до того, как было совершено нападение на Янга и Банкстона.

Расследование инцидента 20 июля, проведенное командованием морской пехоты, привело к тому, что за участие в волнениях были привлечены к ответственности 26 морских пехотинцев. За исключением двоих, все обвиняемые были негры. Двоих из них приговорили к двум годам тюремного заключения и увольнению "с позором"*, остальных наказали в дисциплинарном порядке.

* (В вооруженных силах США действуют четыре формы увольнения рядового и сержантского состава с военной службы: почетное, но причине невозможности использовать, при нежелательных обстоятельствах, "с позором". Увольнение "с позором" представляет собой, по сути дела, вручение человеку "волчьего билета". Такого "ветерана" запрещено принимать на работу в любое государственное учреждение или предприятие, да и частная фирма, как правило, не рискнет взять его к себе. Чаще всего "с позором" увольняют военнослужащих, обвиняемых в "подрывной деятельности", т. е. в принадлежности к компартии или другим демократическим организациям, прогрессивному движению, к антивоенной деятельности, борьбе против расизма и расовой дискриминации. - Прим. ред.)

Расовые столкновения в Кэмп-Лэджен потрясли всю страну. Тем временем в прессе появилось заявление, что командованию морской пехоты не следует спешить с выводом, будто бы волнения были единичным случаем. За три месяца до данного инцидента специальная комиссия из семи офицеров подготовила доклад, в котором предупредила командира 2-й дивизии морской пехоты генерал-майора Эдвина Б. Уилера о складывающейся опасной обстановке.

Комиссии было поручено изучить вопрос о положении военнослужащих различных рас в учебном центре Кэмп-Лэджен. В ее итоговом докладе констатировалось, что в учебном центре и 2-й дивизии существуют серьезные расовые проблемы и что есть вероятность их дальнейшего обострения.

Комиссия привела две причины возникновения проблемы. Во-первых, закончив службу в морской пехоте, белые и негры возвращались к гражданской жизни "с расовыми предрассудками, в большей степени укоренившимися, чем они были до поступления на службу". Во-вторых, существовали условия, которые в любой момент могли превратить незначительный инцидент, часто не содержащий расовой подоплеки, в крупное столкновение на расовой почве. Несмотря на надежды некоторых членов комиссии, их доклад так и не получил должного отклика. Один из офицеров сказал, что доклад наткнулся на "глухую стену", потому что он был слишком откровенным и скандальным. Самым большим парадоксом является то, что он так и не пал к преемнику генерала Уилера генерал-майору Майклу П. Райану, который принял командование 2-й дивизией морской пехоты после назначения Уилера во Вьетнам. В одном из интервью Райан впоследствии заявил, что он не был знаком с этим докладом.

На вопрос о том, обнаружил ли он какое-либо влияние на негров со стороны таких организаций, как "Черные пантеры", Райан сказал, что были "некоторые подозрения", но нет никаких "точных доказательств".

Генерал Райан принял командование 2-й дивизией морской пехоты в разгар скандала и напряженности, которые последовали за событиями 20 июля в гарнизонном клубе. "Эти нападения неразумны, - сказал он. - Не составляет большого труда догадаться, что если существует напряженная обстановка, которая выливается в открытые столкновения, то сразу намечаются противоречия между расами".

С 1 января по первую неделю августа в дивизии было зарегистрировано 190 столкновений. Только в четырех случаях это были нападения негра на негра, в 50 участвовали только белые, все остальные были столкновениями белых с неграми.

Напряженность обстановки вынудила генерала Райана выставить дополнительные посты с оружием и радиостанциями по границе между казармами враждующих групп морских пехотинцев. Корреспондент газеты "Нью-Йорк таймс" Кенуорси так описал создавшееся положение: "Ночью в кустах размещаются усиленные наряды. Дополнительно генерал создал три так называемых группы подавления, в одной насчитывалось 25, в другой - 15 и в третьей - 10 человек. Каждая из этих групп в случае начала беспорядков должна достичь места столкновения не позднее чем через три минуты. Личный состав групп вооружен гранатами со слезоточивым газом и личным оружием".

Участок между казармами негров и белых в Кэмп-Лэджен вскоре стал известен как ДЗ - демилитаризованная зона.

Многие молодые солдаты считают этот гарнизон местом не лучшим, чем тюрьма. Молодым неграм там живется еще хуже. "Я объясню, в чем дело, - сказал один морской пехотинец-негр. - Дело в сержантах, которые постоянно придираются. Не знаю, расовая ли это проблема".

Другой солдат заявил: "Вы хотите знать, в чем здесь дело? Я объясню это так: ненависть, ожесточение. Это в крови нашего общества и влияет на морскую пехоту".

Морская пехота, так же как и общество в целом, попалась в ловушку символов. Возьмем, к примеру, стрижку - символ расхождения во взглядах поколений. Молодые негры настаивают на праве носить прическу типа "афро". "Прическа типа "афро" очень популярна среди черных морских пехотинцев, - говорится в брошюре для командиров взводов. - Этот стиль прически не противоречит стандартам внешнего вида, принятым командованием морской пехоты".

Приказ, разрешающий носить прическу "афро", раздражает некоторых белых морских пехотинцев. "Всю свою жизнь я стригся коротко, - сказал один из озлобленных сержантов. - Все мы были так стрижены. Я не понимаю, почему этим сосункам дают такую привилегию".

Использование неграми своих национальных символов является как бы вызовом тем солдатам, которых приучали считать морских пехотинцев зелеными, а не черными, белыми или желтыми.

Попытки генерала Райана решить расовые проблемы в Кэмп-Лэджен не всегда оканчивались успешно. Поскольку эти проблемы затрагивали отношения человека с другими людьми, решение их не могло быть таким успешным, каким его хотел бы видеть каждый морской пехотинец. Нельзя узаконить в морской пехоте такие понятия, как нравственность, братство и понимание, с большим успехом, нежели это может быть сделано в гражданской жизни.

В какой-то степени изданная в Кэмп-Лэджен брошюра для командиров взводов вызвала озлобление тех белых военнослужащих, которые считают, что командование зашло слишком далеко в умиротворении тех, кто, по их мнению, является нарушителем спокойствия, т. е. негров. Особенно явно проявляли свое недовольство старослужащие белые морские пехотинцы, ветераны предыдущих войн, которые считали, что великие традиции морской пехоты постепенно разрушаются.

"Мне неприятно говорить подобные вещи о службе, которую я люблю, - сказал один ветеран, прослуживший в морской пехоте 17 лет, - но она умирает. Больше не существует уважения к власти. Морские пехотинцы боятся подняться и проявить свою власть".

Сержанты морской пехоты говорят, что они сталкиваются с особыми проблемами из-за чувствительности негров. "Нельзя заставить негра убрать тумбочки. Это считается лакейской работой. Но ее надо кому-то делать, и все заканчивается тем, что она поручается белому".

Острота расовых проблем в Кэмп-Лэджен частично объясняется и географическим местом этого учебного центра. Он расположен в Джексонвиле, в юго-восточной части штата Северная Каролина. На границе близлежащего города Смитфилд можно видеть плакат: "Это - территория Клана"*, а также призыв: "Уоллесу - президентское кресло". Это не остатки предвыборной кампании 1968 года, а плакаты, поддерживающие выдвижение губернатора из Алабамы кандидатом на пост президента на выборах 1972 года.

* (Имеется в виду ку-клукс-клан (ККК) - крупнейшая ультраправая, расистско-фашистская организация в США. Уоллес - бывший губернатор штата Алабама, кандидат в президенты на выборах 1968 года. Известен крайне правыми, расистскими взглядами. - Прим. ред.)

Расследуя беспорядки в Кэмп-Лэджен, конгрессмен Биаджи встречался в Джексонвиле с должностными лицами полиции. Один из них откровенно заявил, что через два или три года бунтарски настроенные негры "разнесут" учебный центр. Он особо отметил влияние, оказываемое на гарнизон организацией "Черные пантеры". А приказов, которые запрещали бы участие морских пехотинцев-негров в этой организации, не существует.

Многие морские пехотинцы подтвердили, что негры в Кэмп-Лэджен всегда в знак приветствия поднимают кулак (это является установившимся приветствием членов организации "Черные пантеры") и что это можно наблюдать даже во время подъема и спуска флага.

Совершенно естественно, что расовая напряженность, существующая в близлежащих районах страны, начинает распространяться и на учебный центр в Кэмп-Лэджен, хотя официальные лица из близлежащих районов говорят, что местное население не испытывает каких-либо предубеждений против негров. Заместитель помощника министра обороны Говард Беннет заявил на пресс-конференции, что он ни от кого не слышал о том, что в Джексонвиле плохо относятся к неграм. Беннет сказал, что он разговаривал с официальными лицами штата о расовых проблемах в Кэмп-Лэджен и они отнеслись доброжелательно к его просьбе помочь в решении этих проблем. Затем Беннет заявил, что основная задача командования учебного центра не допустить влияния гражданских расовых столкновений на гарнизон.

Корреспондент журнала "Лайф" Пол Гуд писал, что Джексонвиль волнует почти всех морских пехотинцев в Кэмп-Лэджен тем, что это не столько город, сколько кассовый аппарат, отсчитывающий ежегодный вклад гарнизона размером четверть миллиона долларов в экономику штата.

Гуд заметил, что если Джексонвиль является раздражителем для белых морских пехотинцев, то для негров город и его окрестности просто невыносимы, ибо, несмотря на то, что в барах здесь нет явной сегрегации, неграм быстро дают понять, что их присутствие там нежелательно.

Обзор ситуации в Кэмп-Лэджен, данный Беннетом, заканчивается заявлением в том, что в этом гарнизоне "морские пехотинцы-негры больше, чем где-либо, озабочены положением их гражданских братьев и сестер, страдающих от дискриминации". Но в самой морской пехоте негры чувствуют себя жертвами дискриминации.

Командование морской пехоты предприняло некоторые шаги для исправления сложившегося положения.

"Нет никакого сомнения в том, что перед нами действительно стоит проблема, - сказал командующий морской пехотой Леонард Чэпмен. - Мы думали, что уничтожили дискриминацию в морской пехоте, но оказалось, что это не так".

Чэпмен приказал "впрыснуть немного души" в морскую пехоту. Он разослал во все части директиву, в которой подчеркивалась необходимость оказания помощи командованию при решении расовых проблем.

Приказ командующего морской пехотой был подсказан ему не только волнениями в Кэмп-Лэджен. 10 августа 1969 года на базе морской пехоты в Канеохе на Гавайях в результате столкновения между неграми и белыми 16 человек получили ранения. "Предварительное расследование показало, что это столкновение носило расовый характер", - сказал представитель морской пехоты. Морской пехотинец, побоявшийся назвать корреспонденту свою фамилию, заявил, что в Канеохе "в последние месяцы обострились расовые отношения". "Стар бюллетин", газета, выходящая в Гонолулу, сообщила, что волнения начались после того, как во время спуска флага на базе около 50 негров подняли сжатые кулаки в знак принадлежности к организации "Черные пантеры". Некоторые морские пехотинцы сказали, что они чувствуют себя на базе в безопасности только тогда, когда имеют при себе оружие.

Младший капрал, который, опасаясь последствий, попросил, чтобы его имя не называли, сказал, что он заметил "усиливающиеся расовые трения" также на базах морской пехоты в Эль-Торо и Санта-Ана, штат Калифорния. Он заявил: "Общий символ организации "Черные пантеры" - поднятый сжатый кулак - можно увидеть на базе в любом месте и в любое время". Он описал несколько случаев столкновений между неграми и белыми морскими пехотинцами в очереди у кухни при раздаче пищи, после выключения света в казармах и в ряде других ситуаций. "И подобное положение, - добавил капрал, - существует на авиационной базе, куда прилетает президент Соединенных Штатов, чтобы, пересев в вертолет, добраться до своей виллы в Сан-Клементе".

Естественно, сообщения о расовых беспорядках на базах морской пехоты привлекли внимание комиссии палаты представителей по делам вооруженных сил, председателем которой был Л. Мендель Риверс, демократ от штата Южная Каролина. 1 августа 1969 года Риверс объявил, что его комиссия рассмотрит "случаи скандалов и драк" в Кэмп-Лэджен и на других военных базах. Главой специальной подкомиссии Риверс назначил члена палаты представителей Уильяма Рэндолла, которому поручил вести дело как в Вашингтоне, так и на тех базах, где имели место столкновения.

Узнав о намерениях Риверса расследовать причины расовых столкновений в вооруженных силах, конгрессмен Биаджи 5 августа выступил в палате представителей и заявил: "Признание комиссией палаты представителей по делам вооруженных сил существования данной проблемы и желание каким-то образом разрешить ее несомненно является шагом в верном направлении". Однако Биаджи усомнился в том, что выводы комиссии не будут тенденциозными.

Биаджи считал полезным поручить расследование не этой, а какой-нибудь другой комиссии конгресса. Он предложил резолюцию, предусматривающую создание специальной комиссии из семи конгрессменов с целью расследования всех вопросов, связанных с фактами преступлений и беспорядков на американских военных базах.

Между Биаджи и комиссией Риверса развернулся ожесточенный спор, теоретической базой которого были, с одной стороны, убежденность Риверса в том, что все касающееся военнослужащих - это только его сфера приложения сил, а с другой - утверждения Биаджи, что в решении военных вопросов Риверс склонен всегда принимать сторону командования. Немногие в Вашингтоне обратили внимание на полемику между конгрессменами, но эти события, возможно, являются признаком нарушения традиций конгресса, давшего во влиятельных комиссиях слишком большую власть старым конгрессменам.

Выступая после Биаджи, Рэндолл заявил, что военные проблемы в большей степени являются юрисдикцией комиссии по делам вооруженных сил, нежели любой другой. Он сказал, что Риверсу было известно о волнениях па базах морской пехоты и что последний намеревался начать расследование еще до выступления Биаджи.

Однако вопреки заявлению Рэндолла комиссия палаты представителей по делам вооруженных сил не намеревалась расследовать расовые столкновения и другие проблемы на базах морской пехоты. И лишь только после того, как Биаджи предложил создать специальную комиссию по расследованию, комиссия палаты представителей по делам вооруженных сил начала действовать. И все же в своем докладе по расследованию волнений в Кэмп-Лэджен эта комиссия не представила достаточных доказательств серьезного расового кризиса, который назревал в морской пехоте. Из этого можно сделать единственный вывода комиссия не провела бы расследования, если бы не инцидент, происшедший 20 июля.

В состав специальной подкомиссии под председательством Уильяма Рэндолла вошли: Дж. Хаган, Роберт Моллуэн, Александр Пирни, Дональд Клэнси, Джон Хант. Доклад этой подкомиссии был основан на расследовании ряда дел в Кэмп-Лэджен и в Вашингтоне и содержал около 1250 страниц документов и показаний.

"Нет сомнения в том, что это трагическое событие имело расовую подоплеку", - сказано в докладе. В выводах подкомиссии говорится, что "существующая расовая проблема в учебном центре Кэмп-Лэджен является отражением расовой проблемы всей страны".

Вместе с тем доклад заканчивался следующими словами: "Серьезные расовые волнения в учебном центре Кэмп-Лэджен 20 июля не явились результатом какой-то особой провокации, а были вызваны несколькими воинственно настроенными неграми, которые разожгли искры расизма". Подкомиссия предложила программу, предусматривавшую развитие связей между представителями различных рас, в том числе создание дискуссионных групп, а также использование морскими пехотинцами существующего порядка подачи жалоб своим командирам. Подкомиссия также заявила: "Воинственно настроенные лица составляют лишь незначительное меньшинство среди морских пехотинцев, и такие организации, как "Черные пантеры", не занимают прочного положения на наших военных базах, хотя опасность их влияния вполне реальна и требует внимательного наблюдения".

На этом комиссия палаты представителей по делам вооруженных сил закончила расследование расовых беспорядков в Кэмп-Лэджен и на других военных базах.

Доклад представляется нам упрощенным и поэтому опасным. Он свидетельствует о стремлении этой комиссии умыть руки, просто заявив командованию морской пехоты, что перед ним стоит расовая проблема и что комиссия испытывает полную уверенность в успешном ее разрешении. Все это весьма напоминает врача, говорящего пациенту, что тот болен, и выражающего уверенность, что теперь, зная о своей болезни, пациент с успехом сможет вылечиться сам. И конечно, объяснение расовой проблемы в вооруженных силах только существованием расовых проблем в стране являет собой попытку уйти от ответственности. Стремление оставить решение расовых проблем в вооруженных силах на совести только военных органов, к сожалению, присуще и руководству министерства обороны. 3 февраля 1970 года министр обороны Мелвин Р. Лэйрд сказал: "Несомненно, расовая проблема возникла и в вооруженных силах, как во всей стране". Он приказал всем видам вооруженных сил "исследовать существующие отношения в среде личного состава и выяснить, обеспечивают ли они взаимопонимание между расами".

Таковы высокие намерения, высказанные гражданским руководством наших вооруженных сил. Они внешне столь же возвышенны, как и решения, принятые командующим морской пехотой и генералом Райаном за несколько месяцев до вышеупомянутого заявления Лэйрда. Признается, что необходимо заниматься расовой проблемой в вооруженных силах, но интересно знать, принесет ли обсуждение этих проблем за круглым столом какую-либо пользу сержанту морской пехоты. Основной массе морских пехотинцев, не имеющих достаточного образования и вовлеченных в существующую ситуацию, будет трудно понять тонкости расовой гармонии в том смысле, в каком она понимается высшим начальством.

Подходящим примером является случай с прической "афро". Предназначенная для воспитания у черных морских пехотинцев чувства равенства, эта прическа стала для белых символом обратной дискриминации. Неграм было сделано исключение в морской пехоте, где обычно исключения не делаются. Однако существует неправильное понимание того, о чем на самом деле говорится в приказе, разрешающем носить прическу "афро". Относительно этой прически имеются определенные ограничения. "Совершенно очевидно, что это не может быть такая же "афро", какую вы видите у актеров или им подобных людей, - пояснил офицер морской пехоты. - Волосы должны быть аккуратно уложены, и длина их не должна превышать трех дюймов". После того как был издан приказ, разрешающий носить прическу "афро", она не получила того широкого распространения, которое ожидалось. Но у белых появилось чувство обиды, потому что одному позволялось то, что не позволялось другому. В рекрутских же депо для новобранцев эта прическа вообще никогда не разрешалась и не разрешена теперь. Там все прически одинаковы - их просто нет.

Затруднения, вызванные разрешением носить прическу "афро", возникли из-за нарушения взаимоотношений между людьми различных рас. Результатом явилось усиление расовой напряженности. Оглянувшись назад, можно сказать, что разрешение носить прическу "афро" было ошибкой и что нельзя делать ни для кого из морских пехотинцев исключений, каковы бы ни были их требования*.

* (Здесь, как и в ряде других мест, авторы, осуждая в целом расовую дискриминацию в стране и вооруженных силах, сами в какой-то мере становятся на позиции расистов, поддерживают в определенной степени их взгляды и аргументацию. - Прим. ред.)

Но давление наблюдается не только со стороны негров. Уалдо делает в этом отношении следующие выводы:

"Командование морской пехоты быстро научилось не вызывать раздражения у белых властей городов, расположенных вблизи гарнизона Пэррис-Айленд. Когда летом 1966 года несколько негров-срочнослужащих морской пехоты получили офицерские звания, то оставалось только удивляться, с какой быстротой пришли приказы о переводе их во Вьетнам. Привлекает внимание и случай, когда члены офицерской группы любителей игры в гольф установили систему личных приглашений, цель которой состояла в том, чтобы не допустить ни одного офицера-негра на матчи по гольфу с местным гражданским клубом. Не удивительно и то, что ни один официальный представитель командования морской пехоты не присутствовал на панихиде в память доктора Мартина Лютера Кинга".

Начальник отделения по расовым вопросам штаба морской пехоты полковник Генри считает, что расовые волнения объясняются прежде всего неумелыми действиями командного состава. Он считает, что война во Вьетнаме создала особые проблемы в области руководства: "Это своеобразная война. Одна из проблем состоит в том, что большинство молодых офицеров не имеют опыта командования войсками из-за коротких сроков, в которые они проходят подготовку и отправляются за границу. По возвращении в казармы они сталкиваются с трудностями, так как не могут установить дружеских отношений с новобранцами. На это у них нет времени".

Генри далее заявил, что в процентном отношении количество негров в морской пехоте приблизительно соответствует их количеству в общей численности населения, в то время как число негров, имеющих более высокооплачиваемые звания сержантского состава, в морской пехоте даже несколько превышает число высокооплачиваемых негров в гражданских учреждениях.

С горечью говорит Генри об отношении некоторых гражданских лиц к людям в военной форме. "В этой войне военный мундир не в почете, - замечает он. - Солдат возвращается домой в форме, и его немедленно окружают старые друзья, которые спрашивают: "Чего ты, сукин сын, добиваешься, сражаясь с вьетнамцами?" Было время, когда ты с гордостью возвращался домой и община радостно тебя приветствовала. Сейчас не происходит ничего подобного. Эта война непопулярна, и в этом-то все дело".

Решение расовых проблем в морской пехоте полковник Генри видит в том, чтобы добиться от белых морских пехотинцев понимания тех вопросов, которые волнуют их коллег-негров, и наоборот.

Командование морской пехоты очень болезненно восприняло критику, основанную на статистических данных, показывающих, что процент потерь во Вьетнаме среди морских пехотинцев-негров выше, чем среди белых. Были выдвинуты предположения, что это произошло из-за присущего морской пехоте расизма. Дается и другое объяснение этому явлению, хотя, как признает командование, оно не совсем удовлетворительное. "Причина более высокого процента потерь среди негров, - объясняет полковник Генри, - заключается в том, что новобранец-негр ввиду слабости своей общей подготовки не получает какой-то определенной военной специальности, которую могут получить те, кто сдает экзамены. Таким образом, большинство негров выпускаются из учебных центров лишь с незначительными знаниями по ведению боя".

Командование морской пехоты считает, что расовые проблемы порождаются двумя причинами: предрассудками белых и возросшим самосознанием негров. "Естественно, у нас будут напряженные ситуации, - заметил полковник Генри. - Но я думаю, что все будет в порядке, если мы найдем путь к обеспечению взаимопонимания между белыми и неграми".

Конечно, установление взаимопонимания является основным звеном, но разумно добиваться этой цели более скорым и действенным путем. Ведь расследование расовых проблем министерством обороны не может быть объективным до конца. Специальное расследование расовых проблем на военных базах, проведенное комиссией палаты представителей по делам вооруженных сил, было также не совсем объективным, так как эта комиссия слишком тесно связана с военными.

Кто же в таком случае должен проводить исследования расовых отношений в наших вооруженных силах? Генералы? Члены конгресса? Комиссия из граждан, отобранных президентом? Лидеры, возглавляющие борьбу за гражданские права? Скорее всего, не они.

Никто лучше рядового солдата не знает, как порой бывает трудно найти общий язык с соседом по койке или по ближайшей одиночной стрелковой ячейке на поле боя.

Нам представляется разумным создать комиссию из сержантов и рядовых всех видов вооруженных сил во главе с членом верховного суда США. При этой комиссии мог бы существовать суд присяжных заседателей, утвержденных президентом страны и назначаемых из представителей различных рас. Важно, чтобы в числе присяжных заседателей были люди различных возрастных категорий. Комиссия рассматривала бы расовые проблемы в вооруженных силах и представляла президенту свои рекомендации*.

* (Подобных утопических предложений по "улучшению" существующих в США "в целом прогрессивных" порядков, ликвидации материального неравенства различных групп населения, бесправия простого народа, расовой дискриминации, по борьбе с преступностью, алкоголизмом, наркоманией и другими социальными бедствиями в "демократической" Америке различными буржуазными учеными, журналистами, политическими деятелями высказывается великое множество. Нет нужды говорить о всей беспочвенности таких благих пожеланий в условиях антинародного строя, господствующего в США. - Прим. ред.)

Социологи могут спросить, какова же должна быть квалификация этих присяжных заседателей, чтобы они могли заняться рассмотрением сложных и запутанных вопросов человеческих отношений. Могущественный член конгресса побледнеет при мысли о том, что не член конгресса, а кто-то другой будет иметь власть для проведения расследований в вооруженных силах. Обе расовые группы будут заявлять, что среди присяжных заседателей мало их представителей.

Но основная причина, по которой такая комиссия должна заняться расследованием расовых проблем в вооруженных силах, заключается в том, что членами этой комиссии будут люди, непосредственно связанные с этой проблемой.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
© Злыгостев Алексей Сергеевич - дизайн, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку:
http://usa-history.ru/ "USA-History.ru: История США"