Новости    Библиотека    Исторический обзор    Карта США    Карта проектов    О нас   

Пользовательского поиска





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава II. Черные американцы: большие беды

В Америке Токвилль не просто наблюдал явления, а пытался объяснить их. Его мало интересовали возникновение и укоренившиеся порядки рабовладения. Но, установив факт его существования, Токвилль предпринял попытки оценить влияние рабства на демократию и даже предсказать будущие осложнения. Однако эти замечания были сделаны мимоходом, поскольку он считал рабство явлением чуждым демократическому обществу, противоречием, которое бы не могло иметь места в условиях европейской демократии.

В дневниках Токвилля сравнительно мало его собственных наблюдений о рабстве. Большую часть записей составляют высказывания белых американцев, принадлежащих к средним и высшим слоям. Тем не менее по заметкам Токвилля можно судить о его личном отношении к рабству. Он сочувствовал невольникам, наблюдая за их работой, но, похоже, ограничивался обсуждением рабства с плантаторами и другими белыми, желавшими высказать свое мнение. Нет ни одного упоминания о личных беседах с самими рабами. Создается впечатление, что его прежде всего интересовало влияние рабства на жизнь белого населения и на политическое будущее страны.

Дневники содержат интересные высказывания по экономике рабства. Некоторые американцы считали, что, как правило, рабский труд обходится дороже, чем свободный. Другие указывали, что пшеницу экономичнее выращивать с помощью свободного труда, а табачные плантаторы могли получить экономическую выгоду, применяя рабский труд, поскольку можно было использовать женщин и детей.

В дневниках есть также сведения об узаконенной и существовавшей де-факто дискриминации по отношению к свободным неграм на Севере. Токвиллю рассказывали, что черные в Филадельфии юридически имели право принимать участие в выборах, но опасались прибегать к нему из-за возможных неприятностей. Один житель Филадельфии пояснил: "Закон у нас ничто, если его не поддерживает общественное мнение". Токвилль отметил, что и тюрьмы, и кладбища в Филадельфии были сегрегированы.

В Огайо и Мэриленде Токвиллю рассказали, что дискриминация по отношению к свободным неграм была явно преднамеренной. Так, он цитировал молодого адвоката из Огайо: "Мы стараемся препятствовать им (черным) любыми средствами. Мы не только законы издали, позволяющие изгонять, но и дискриминировать их всевозможными способами. Негр не имеет политических прав; он не может быть присяжным заседателем, давать показания против белых..." А адвокат из Мэриленда, где свободные черные уже столкнулись лицом к лицу с дискриминацией, сказал: "Я очень боюсь, что новый законодательный орган может принять несправедливые и жестокие законы против черных. Люди хотят сделать их дальнейшее пребывание в Мэриленде невозможным. Не следует закрывать на это глаза. Между белыми и черными идет настоящая война. Они никогда не будут жить вместе. Одни из них должны уступить..."

Несмотря на то что восстание рабов под предводительством Ната Тернера1 произошло незадолго до путешествия Токвилля, он совсем не упоминает о нем в своих дневниках, хотя оно вполне могло сохраниться в памяти жителей Кентукки и Мэриленда, с которыми ему приходилось беседовать. Токвиллю рассказали, что в последние годы отношение к рабству в Кентукки в корне изменилось. По-видимому, многие американцы, с которыми встречался Токвилль, полагали: эта проблема не может быть решена на разумной основе, белые и черные не смогут жить в мире и либо одни, либо другие станут господствовать. Приводилось высказывание жителя Кентукки: "Мы не знаем, что делать с рабами. Наши отцы причинили нам огромный вред, поселив их среди нас".

1 (Рожденный рабом Нат Тернер (1800 - 1831) возглавил восстание негров в Вирджинии в 1831 году, направленное против рабства и бесчеловечной эксплуатации невольников расистскими плантаторами. Казнь руководителей восставших вызвала волну террора против рабов)

На основании своих собственных беглых наблюдений и высказываний тех, с кем обсуждалось рабство, Токвилль в своей книге "Демократия в Америке" сделал далеко идущие и в некоторых случаях пророческие выводы, сформулированные в категорической форме. В ней есть такие слова: "Негр едва ли осознает свою беду". Он писал также о деградации рабов в результате тяжелого положения, об отчаянии, если не отвращении к самим себе и негодовании среди них. "С рождения, - писал он, - ему (рабу) внушают, что его раса по природе своей ниже расы белых, и, почти веря этому, черный презирает себя. Он ощущает последствия рабства на своей шкуре и, если бы мог, охотно отрекся бы от себя".

Токвилль заметил, что, в то время как материальные условия жизни рабов улучшались, южане, "если так можно выразиться, возводили в культ деспотизм и насилие. В древности люди пытались не дать рабу освободиться от оков, теперь предпринимаются попытки отбить у него само желание сделать это". Действительно, частичным результатом обращения рабов в христианство было превращение их - умышленно или нет - в более покорных и готовых смириться со своей судьбой людей.

По поводу дискриминации Токвилль писал, что, в то время как юридически различия между белыми и черными в некоторых местах США стирались, предрассудки оставались прочными. Он объяснял это тем, что в отличие от древнего рабства, при котором раб обычно относился к той же расе, что и рабовладелец, в Америке раб принадлежал к другой расе. К тому же наличие у него обычных человеческих качеств едва признавалось. На Юге, заметил он, законы против черных были жестокими, но "обычаи более терпимыми и мягкими". Там одержимость идеей сегрегации менее выражена и наблюдается смешение рас. "На Юге, - писал он, - рабовладелец не опасается поднять раба до своего уровня, так как он знает, что, если захочет, в любой момент может втоптать его в грязь".

В свободных штатах, как обнаружилось, расовые противоречия оказались даже сильнее. Там черные являлись объектом неузаконенной и существовавшей де-факто дискриминации. У них не было земли. Их труд являлся самым низкооплачиваемым и тяжелым. Если они и имели юридические и гражданские права, то боялись их использовать, и сегрегация распространялась даже на кладбища. Токвилль предсказал, что белое население свободных штатов будет продолжать расти, а черные "останутся всего лишь несчастными изгоями, бедным маленьким кочующим племенем, затерявшимся среди огромной нации, владеющей землей; ничто, кроме несправедливостей и невзгод, которым они подвергаются, не привлечет внимания к их существованию".

Токвилль обнаружил, что в северных штатах рабовладение сдавало свои позиции, указывая, что в Мэриленде оно уже было на грани отмены и даже в Вирджинии проблема рабства стала предметом обсуждения. Но он высказал предположение, что отмена рабства на Севере заставила бы рабовладельцев отправить своих рабов на Юг. В результате этого рабы Севера не обрели бы свободу; они попросту стали бы рабами-южанами.

В целом он не видел путей разрешения проблемы рабства. Токвилль считал, что если бы Юг отменил рабство, то это имело бы неблагоприятные последствия, которые затронули бы большое число черных. (В 1830 году на Юге насчитывалось без малого 2 млн. рабов.) Опираясь на собственные наблюдения, он отметил также, что отмена рабства усилила бы неприязнь белых южан к черным.

В случае ликвидации рабства, которая ему казалась все-таки неизбежной, он представлял себе только две возможности: "Негры и белые либо должны слиться воедино, либо им надо разделиться". Он считал войну вполне возможной и высказывал предположение, что "если Союз еще продержится, то черные потерпят поражение от превосходящих сил белых. Но если война начнется после распада Союза, то белые могут быть изгнаны с Юга. Во владение неграм достанется страна, которую Провидение, вероятно, предназначало для них. Они не ощущают трудностей проживания там и справляются с обработкой земли намного лучше, чем белые". Хотя Токвилль и не соглашался с мнением, что белые не могут работать на Крайнем Юге, он допускал, что им там будет труднее, чем в Новой Англии.

Токвилль выражал сомнение в успешности обсуждавшегося тогда плана вывезти черных американцев в Либерию и считал, что невозможно организовать вывоз всех чернокожих вследствие роста их численности1. Он предсказал, что "негроидная раса никогда больше не покинет американский континент, куда ее привели страсти и пороки Европы; она не покинет Новый Свет, разве что прекратит свое существование".

1 (Авторы этого плана преследовали также цель изолировать взрывоопасные массы негритянского происхождения ради "умиротворения" страны, установления "социальной гармонии", что также оказалось неосуществимым на практике)

Он предвидел исчезновение рабства: "Либо раб, либо рабовладелец положат этому конец. В любом случае следует ожидать больших бед".

Токвилль был очень близок к правде в большей части своих суждений о рабстве; так, он соглашался с тем, что рабство экономически невыгодно - это, похоже, являлось общим мнением всех, с кем он беседовал; далее, обнаружил, что некоторые районы страны добивались больших успехов, имея немного рабов. Это явление, отмечал он, сохранялось по мере продвижения на запад. Особенно разительным оказалось сравнение Огайо с соседним Кентукки, где имелось больше рабов, а труд считался унизительным.

Вопрос о рентабельности рабства в 30-х годах прошлого века вызвал многочисленные споры среди экономистов. Некоторые из разногласий относились к определению реальных затрат на содержание рабов, что осложнялось отсутствием документов и фактических данных. Многие, если не большинство историков, придерживались того взгляда, что рабство не было рентабельным.

Токвилль или же те, с кем он беседовал, по-видимому, недооценивали темпы рабского труда, преувеличивали стоимость содержания молодых и старых рабов, не принимая во внимание, что более пожилые из них часто продолжали работать и что вообще на плантациях для рабов имелось более чем достаточно работы в течение всего года. Можно было выручить деньги также от продажи рабов, что становилось возможным вследствие естественного прироста рабского населения, от сдачи рабов в аренду или же посредничества во внутренней работорговле.

Похоже, что Токвилль преувеличивал долю белых рабовладельцев по отношению к белым, не имевшим рабов. В его дневниках отмечено: "Во время путешествий по Кентукки и Теннесси мы видели, что почти все фермеры, даже самые бедные, имели рабов". А в книге "Демократия в Америке", сопоставляя Огайо и Кентукки, он отметил, что "на левом берегу (реки Кентукки) нельзя найти белых рабочих, поскольку они боялись походить на невольников; в работе люди должны полагаться на рабов..." В другом месте он писал: "На Юге даже самые бедные семьи имели рабов". Это ошибочное представление, возможно, связано с маршрутом его путешествия по Югу, ибо он, по-видимому, не посетил те места, где жили белые фермеры и ремесленники, не имевшие рабов.

Статистика 30-х годов прошлого столетия скудна, но к 1860 году, как сообщает Стамп, на Юге на 1 млн. 516 тыс. семей приходилось лишь 385 тыс. рабовладельцев. Токвилль отмечает, что пропорции сильно варьировались в различных частях Юга. Например, треть семей Луизианы имела рабов, в то время как в Кентукки и Теннесси - лишь четверть семей. В 1830 году в США насчитывалось примерно 2,3 млн. негров, что составляло около 18 процентов населения. Из них, согласно "Исторической статистике Соединенных Штатов", в южных штатах проживал 181 501 свободный черный - больше их общего числа на Севере (166 757). Социолог Фрэнклин Фрэиер заключил в результате исследований, что свободные черные Юга находились в лучшем экономическом положении, чем освободившиеся черные Севера, которым приходилось конкурировать с иммигрантами из Европы. Различия, вероятно, были невелики. Несмотря на то что некоторые черные на Юге разбогатели, согласно мнению Фрэиера, уровень жизни большинства из них приближался к минимуму.

Некоторые черные на Севере даже имели кое-какую собственность. Джон Хоуп Фрэнклин отмечает, что в 1800 году свободным черным в Филадельфии принадлежала почти сотня домов и земельных участков, а в 1837 году в Нью-Йорке они владели подлежащей обложению недвижимостью на сумму 1 млн. 400 тыс. долл.

Токвилль, вероятно, не заметил зачатков движения за отмену рабства, хотя их можно было наблюдать во время его путешествия. В 1829 году свободный негр по имени Давид Уолкер опубликовал воинственный памфлет против рабства. К 1830 году на Севере существовало много антирабовладельческих групп, в том же году состоялся съезд негров в Филадельфии, на котором присутствовали делегаты пяти штатов. Во время визита французского юриста было опубликовано несколько документов об отмене рабства, среди них известный "Либерейтор" Уильяма Гаррисона1.

1 (Имеется в виду весьма популярный журнал "Освободитель". Принципиальная позиция этого издания под влиянием его редактора-издателя У. Л. Гаррисона сводилась к решительному аболиционизму - отмене рабства как позорного института Америки. Идеям "Освободителя" был подвержен президент А. Линкольн)

Такова общая обстановка, о которой свидетельствовал Токвилль, а его записи, даже спустя сто с лишним лет, остаются наиболее точной характеристикой расовых отношений как на Севере, так и на Юге. Он писал: "Почти во всех штатах, где рабство отменено неграм были предоставлены избирательные права, но они могли бы принять участие в голосовании только с риском для жизни. В случае притеснений они могут возбудить судебное дело, но судьи - только белые. Действительно, законы позволяют им быть избранными присяжными заседателями, но предрассудки лишают их этой возможности. Негритянский ребенок не допускается в школу, которая предназначена для детей выходцев из Европы. В театрах негр не может даже за соответствующую плату сидеть рядом со своим прежним хозяином; в больницах он помещается отдельно. Ему позволено поклоняться тем же богам, что и белому, но он не имеет права молиться у того же алтаря. Для него существуют особые священники и церкви. Врата рая не закрыты перед ним, но неравенство прекращается лишь у самого входа в мир иной. Когда негр умирает, его останки выбрасывают, и неравноправие сказывается даже после смерти, перед которой все равны".

Все это очень точно отражает отношение к представителям черной расы на Юге и в значительной степени на Севере в 40-х годах нашего столетия, когда возникло движение за расовое равенство. Как же обстоят дела сегодня? Черное население, которое к 1830 году составляло 2,3 миллиона человек, около 18 процентов всего населения США, выросло (в абсолютном размере) до 25 миллионов человек. Но доля черных среди всего населения уменьшилась до 12 процентов. Если в 1831 году почти все черное население проживало в южных штатах, то ныне оно разделено между Севером и Югом примерно поровну.

Токвилль не мог предвидеть массовую миграцию черных с Юга на Север, которая началась в XX веке, преимущественно после 1940 года. В то время 77 процентов черных американцев жили на Юге. Но уже к 1975 году там их оставалось 52 процента; 39 процентов находилось в северных штатах, а 9 процентов - на Западе.

Французский исследователь, вероятно, не мог предположить ничего подобного движению за равные гражданские права, развернувшемуся в течение трех последних десятилетий. Успех этого движения, как мне представляется, окажет существенное влияние на проблему, которую Токвилль считал наиболее сложной из всех, с какими сталкивается Америка, - а именно на проблему расовых различий.

Положение черных в американском обществе существенно улучшилось за последние годы1. Наиболее явные и унизительные проявления дискриминации почти исчезли. Дискриминация в общественных местах запрещена законодательством. Сегрегация в школах также объявлена незаконной, хотя процесс ликвидации этого вида неравноправия на деле остается незавершенным. Равные права перед законом являются для черных, как и вообще для бедных, скорее мечтой, нежели реальностью. Тем не менее в отдельных, получивших широкую огласку случаях заметен прогресс.

1 (Как показала практика, вопреки авторскому мнению сама действительность менее радужна. Движение за гражданское равноправие чернокожего населения, особенно активное в период администрации Д. Кеннеди, фактически не принесло успеха. Реформистские мероприятия в условиях расизма не могли привести к коренным переменам в области межрасовых отношений. Лишь наиболее одиозные проявления дискриминации были несколько смягчены)

Наиболее часто отмечается усиление политического влияния негров в общественной жизни. Кандидаты от черных были избраны (и в некоторых случаях переизбраны) мэрами крупных городов: Кливленда (Огайо), Гэри (Индиана), Ньюарка (Нью-Джерси), Лос-Анджелеса (Калифорния), Атланты (Джорджия), Нового Орлеана (Луизиана).

Имеются черные, представляющие как северные, так и южные избирательные округа в конгрессе Соединенных Штатов. И именно на Юге, вслед за невиданным ростом числа зарегистрированных черных избирателей, в последние годы их представители были избраны в местные органы власти. В 1960 году, еще до утверждения закона об избирательных правах, проголосовало 29 процентов черных южан, достигших соответствующего возраста, а в 1976 году - уже 63 процента.

Как установлено, в стране насчитывается более 4 тыс. черных выборных должностных лиц - членов муниципальных советов, муниципалитетов, законодательных органов штатов и т. п. Это составляет менее одного процента выборных должностей в стране, но отражает значительные изменения по сравнению с положением черных граждан десять - двадцать лет назад.

Некоторый прогресс произошел в деле ослабления дискриминации в сфере обеспечения работой. Черные рабочие допускаются в наиболее сплоченные и независимые профсоюзы строителей. Правительство и компании предоставили черным более широкие возможности в выборе работы. Но все же до сих пор черные в Америке в большинстве своем остаются бедными. В 1976 году в Америке средний доход белой семьи превышал 15 тыс. долл., а черной - несколько более 9 тыс. долл. - примерно на 6 тыс. долл. в год меньше. В 1976 году около 25 миллионов американцев, из них 8 миллионов цветных, не располагали прожиточным минимумом. Доля белых, доход которых был ниже прожиточного минимума, составляла около 9 процентов против 18 процентов в 1959 году, в то время как соответствующая доля цветных - около 29 против 56 процентов в 1959 году.

Безработица, будучи со времен второй мировой войны серьезной проблемой для многих американцев, намного сильнее сказывается на черных, чем на белых. В то время как общий уровень безработицы в октябре 1977 года составлял 7 процентов, среди черных он был почти вдвое больше, а уровень безработицы среди молодых негров-рабочих достигал 37,9 против 14,8 процента для молодых рабочих-белых.

Молодые негры остаются жертвами сложившейся в Америке практики, когда первыми подлежат увольнению рабочие, принятые на работу последними. Многие трудности черного населения Америки распространены также на беднейшую часть белого населения и бедняков других рас. Но стоящие перед черными проблемы представляются наиболее серьезными вследствие их многочисленности и в силу исторически сложившихся факторов. Как и предполагал Токвилль, расизм продолжает оставаться самой трудноразрешимой задачей в жизни Америки.

Чаще всего улучшения в судьбе расовых меньшинств становились скорее результатом "позитивных действий" (под ними подразумеваются успешные акции, закрепленные законодательными актами, судебными постановлениями, а подчас достигнутые благодаря исключительным усилиям отдельных лиц или групп людей), нежели повседневной деятельности культурных и общественных организаций. Как правило, в этих "действиях" участвует ограниченное количество представителей меньшинств, которые выбираются или назначаются по мере необходимости, обучаются и проходят определенную подготовку. В некоторых случаях в соответствии с квотой они используются непосредственно на государственной службе на федеральном или на местном уровнях.

Общеизвестно, что до сих пор социальная иерархия подвержена расовым предрассудкам. В то время как в муниципальных домах проживает больший процент представителей меньшинств, чем в целом по стране, в пригородах и местах проживания граждан среднего достатка эта категория представлена слабо. Причины этого отчасти экономические, а нередко и расовые. Сегрегированные жилые массивы и районы вопреки закону о десегрегации, несомненно, останутся характерной чертой американских городов. Притом до тех пор, пока не будет осуществлена экономическая интеграция и, как следствие, уменьшится разница в доходах представителей рас Америки.

Помимо установленных законом свободы выбора местожительства, квот для рабочих и других программ, осуществляется доставка учащихся на автобусах в школы. Это мероприятие предназначено для более полного представительства расовых меньшинств, сбалансированности в школах и повышения уровня обучения. Пока еще нет убедительного свидетельства того, что это эффективное средство перехода к более интегрированному обществу. Предполагалось, что бесплатные средние школы приведут к исчезновению таких антидемократических явлений в американском обществе, как религиозные предрассудки и основанная на разнице в доходах дискриминация. Расовая интеграция в школах - это третий элемент. Не следует ожидать легкого или быстрого разрешения этой проблемы. В своем большинстве вовлеченные в нее дети после занятий в школе возвращаются к сегрегированной действительности. До тех пор пока не произойдут изменения в экономической системе Америки, меньшинства будут нести на себе постоянное бремя нищеты, безработицы и сегрегированного, низкооплачиваемого труда, вызванное экономическими причинами.

Существует и официально признанная проблема так называемой "обратной дискриминации", с которой повсюду в стране сталкиваются все чаще. Конечно, использование квот по признаку расы при регулировании занятости или при зачислении в школы противоречит американскому принципу равных конкурентных возможностей для всех. Он оказывается под вопросом, само наличие квот противоречит ему. Как ни пытаются защищать квоты соображениями об общем благе и фактами повсеместной дискриминации расовых меньшинств, они совершенно не соответствуют концепции личных прав человека.

Поскольку учитывающие физиологические характеристики моменты находят все более широкое применение на производстве, возможно введение дополнительного возрастного ценза, хотя это и противоречит закону о трудовом стаже. Имели место решения суда о восстановлении на работе лиц, освобожденных по сокращению штатов, когда было доказано, что увольнение являлось актом дискриминации по признаку расы или пола или же что стаж у сокращенного оказывался более продолжительным по сравнению с другими работниками1.

1 (В сфере трудовых отношений и особенно применительно к цветным трудящимся, в первую очередь - к черным гражданам, в действительности в американских условиях наблюдается бесконтрольный произвол. Базой ему служат расизм и шовинизм "чистопородных" янки)

Члены профсоюза осознают эту угрозу положению о трудовом стаже, которое является одним из наиболее рьяно охраняемых ими прав рабочих. Профсоюзные органы печати предупреждают об опасности, возникающей по отношению к этому важнейшему завоеванию профессиональных союзов.

Трудовой стаж - одна из тех областей, в которые законодатели опасаются вмешиваться. Бремя принятия решений, как было в случае с дискриминационными законами о голосовании черных избирателей и доставкой школьников, возложено на суды. Это подтверждает высказывание Токвилля о том, что юрисдикции американских судов подлежит любой вопрос, сохраняющий для общества жизненную важность.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
© Злыгостев Алексей Сергеевич - дизайн, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2001–2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку:
http://usa-history.ru/ "USA-History.ru: История США"